Дарвинизм и естественно-научное наследие Н.Я.Данилевского[*]

 
 
  ПОИСК ПО САЙТУ
   
 
 
  12 ноября 1875 г. Ф.Энгельс(Том 34, 1964)  

Письмо Ф.Энгельса П.Л.Лаврову, Лондон [*]

  KeyWords:   Дарвин Ч., Теория, Развитие, Борьба, Существо, Естественный, Отбор, Человек, Общество  
 
  ПОИСК ПО ДОКУМЕТУ
   
 

Дорогой г-н Лавров!

Вернувшись из поездки в Германию, я принялся, наконец, за Вашу статью, которую только что прочел с большим интересом
1. Посылаю Вам свои замечания к ней, которые пишу по-немецки, так как это дает мне возможность быть более кратким2.
1) В учении Дарвина я принимаю теорию развития, дарвиновский же способ доказательства (борьба за существование, естественный отбор) считаю всего лишь первым, временным, несовершенным выражением только что открытого факта. До Дарвина именно те люди, которые теперь повсюду видят только борьбу за существование (Фогт, Бюхнер, Молешотт и т. д.), делали ударение как раз на сотрудничестве в органической природе, указывая на то, как растения доставляют животным кислород и пищу и, наоборот, животные доставляют растениям углекислоту и удобрения, как это особенно подчеркивал Либих. Обе эти концепции в известных границах до известной степени правомерны, но как та, так и другая одинаково односторонни и ограниченны. Взаимодействие тел природы - как мертвых, так и живых - включает как гармонию, так и коллизию, как борьбу, так и сотрудничество. Если поэтому какой-нибудь, с позволения сказать, естествоиспытатель позволяет себе подводить все богатое многообразие исторического развития под одностороннюю и тощую формулу «борьба за существование», формулу, которая даже в области природы может быть принята лишь cum grano salis3, то такой метод сам себе выносит обвинительный приговор.
2) Из трех цитированных Вами «убежденных дарвинистов» внимания заслуживает, по-видимому, только Хельвальд. Зейдлиц - в лучшем случае мелкая величина, а Роберт Бир - романист, роман которого «Трижды» печатается в настоящее время в журнале «Uber Land und Meer»4. Там вполне уместно все его фанфаронство.
3) Не отрицая преимуществ Вашего метода критики, который я назвал бы психологическим, я выбрал бы другой метод. На каждого из нас в большей или меньшей степени влияет интеллектуальная среда, в которой мы преимущественно вращаемся. Для России, где Вы лучше меня знаете свою публику, и для пропагандистского журнала, который апеллирует к «связующему аффекту», к нравственному чувству, Ваш метод, возможно, является наилучшим. Для Германии, где ложная сентиментальность причиняла и продолжает еще причинять такой неслыханный вред, он бы не годился, он был бы неправильно понят, был бы извращен в сентиментальном духе. У нас скорее нужна ненависть, чем любовь, - по крайней мере, на ближайшее время, - и прежде всего необходим отказ от последних остатков немецкого идеализма, восстановление материальных фактов в их исторических правах. Поэтому я повел бы атаку (и в свое время, вероятно, сделаю это) на этих буржуазных дарвинистов следующим образом:
Все учение Дарвина о борьбе за существование является просто-напросто перенесением из общества в область живой природы учения Гоббса о bellum omnium contra omnes5 и учения буржуазных экономистов о конкуренции, наряду с мальтусовской теорией народонаселения. Проделав этот фокус (безусловную правомерность которого я оспариваю, как уже было указано в 1-м пункте, в особенности в отношении мальтусовской теории), опять переносят эти же самые теории из органической природы в историю и затем утверждают, будто доказано, что они имеют силу вечных законов человеческого общества. Наивность этой процедуры бросается в глаза, на это не стоит тратить слов. Но если бы я хотел остановиться на этом подробнее, то я сделал бы это так, что прежде всего показал бы, что они - плохие экономисты, и только потом, что они - плохие естествоиспытатели и философы.
4) Существенное отличие человеческого общества от общества животных состоит в том, что животные в лучшем случае собирают, тогда как люди производят. Уже одно это - единственное, но фундаментальное - различие делает невозможным перенесение, без соответствующих оговорок, законов животных обществ на человеческое общество. Благодаря этому различию стало возможным, как Вы правильно заметили, чтобы
«человек вел борьбу не только за существование, но за наслаждение и за увеличение своих наслаждений...готов был для высшего наслаждения отречься от низших» .
Не оспаривая Ваших дальнейших выводов из этого, я бы, исходя из своих предпосылок, сделал следующие выводы. Человеческое производство на известной ступени достигает, следовательно, такой высоты, что могут быть произведены предметы не только для удовлетворения необходимых потребностей, но и для удовлетворения потребностей в роскоши, сначала, правда, только для меньшинства. Борьба за существование, - если мы на момент оставим здесь в силе эту категорию, - превращается, таким образом, в борьбу за наслаждения, в борьбу не за одни только средства существования, но и за средства развития, за общественно-производимые средства развития, а к этой ступени категории из животного царства уже не могут быть применены. Но если производство в своей капиталистической форме, как это происходит в настоящее время, создает гораздо большее количество средств существования и развития, чем может потребить капиталистическое общество, потому что оно искусственно отстраняет огромную массу действительных производителей от потребления этих средств существования и развития; если собственный закон жизни этого общества вынуждает его к тому, чтобы постоянно расширять это и без того уже чрезмерно большое, для него, производство, и потому оно вынуждено периодически, каждые десять лет, уничтожать не только массу продуктов, но и сами производительные силы, - то какой же смысл имеет здесь еще болтовня о «борьбе за существование»? Борьба за существование может здесь заключаться еще только в том, что производящий класс отнимет руководство производством и распределением у класса, в руках которого это руководство находилось до сих пор, но который стал теперь неспособным к нему, а это именно и есть социалистическая революция.
Между прочим, достаточно взглянуть на предыдущий ход истории как на непрерывный ряд классовых битв, чтобы стала ясной вся поверхностность понимания этой истории как некоторого слегка видоизмененного варианта «борьбы за существование». Поэтому я никогда не сделал бы такого одолжения этим псевдонатуралистам.
5) По той же причине я соответственно иначе сформулировал бы Ваш по существу совершенно правильный тезис, что:
«идея солидарности для облегчения борьбы могла... вырасти, наконец, до того, чтобы охватить все человечество и противопоставить его как солидарное общество братьев остальному миру минералов, растений и животных» .
6) Но, с другой стороны, я не могу согласиться с Вами, что «борьба всех против всех»* была первой фазой человеческого развития. По моему мнению, общественный инстинкт был одним из важнейших рычагов развития человека из обезьяны. Первые люди, вероятно, жили стадами, и, насколько наш взгляд может проникнуть в глубь веков, мы находим, что так это и было.

17 ноября

Мне опять помешали, и я вновь берусь за это письмо, чтобы отправить его Вам. Вы видите, что мои замечания относятся скорее к форме, к методу Вашей критики, чем к ее существу. Надеюсь, что Вы найдете их достаточно ясными, я писал их второпях и, перечитывая, хотел бы многое изменить, но опасаюсь сделать письмо слишком неудобочитаемым.
Сердечный привет.
Ф. Энгельс6

1  Статья П. Л. Лаврова «Социализм и борьба за существование» была опубликована без подписи в газете «Вперед!» № 17, 15 сентября 1875 года.
2  Основное содержание этого письма почти дословно совпадает с содержанием заметки «Struggle for life» («Борьба за жизнь») в «Диалектике природы» (см. настоящее издание, т. 20, стр. 622-623).
3  Буквально: со щепоткой соли; в переносном смысле: с известной оговоркой. Ред.
4  Новелла Роберта Бира (псевдоним Р. Байера) «Трижды» печаталась в еженедельнике «Uber Land und Meer» №№ 4-8 в октябре - ноябре 1875 года.
5  Bellum omnium contra omnes (война всех против всех) - выражение Т. Гоббса, встречается в его сочинениях «О гражданине», предисловие к читателям, и «Левиафан», гл. XIII-XIV.
6  Впервые опубликовано на русском языке в журнале «Летописи марксизма», кн. V, 1928 г. Печатается по рукописи Перевод с немецкого и французского

Аннотация Сайта Контакты    Copyright © 2004 -